Mybrary.ru

Карен Бликсен - Прощай, Африка!

Тут можно читать бесплатно Карен Бликсен - Прощай, Африка!. Жанр: Современная проза издательство неизвестно, год 2004. Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте mybrary.ru (mybrary) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
Название:
Прощай, Африка!
Издательство:
неизвестно
ISBN:
нет данных
Год:
неизвестен
Дата добавления:
10 декабрь 2018
Количество просмотров:
39
Читать онлайн
Карен Бликсен - Прощай, Африка!

Карен Бликсен - Прощай, Африка! краткое содержание

Карен Бликсен - Прощай, Африка! - описание и краткое содержание, автор Карен Бликсен, читайте бесплатно онлайн на сайте электронной библиотеки Mybrary.Ru
Роман известной датской писательницы стал бестселлером почти через полвека после его написания. По нему снята драматическая киноэпопея Сиднея Поллака с участием лучших актеров Голливуда (1985 г.), получившая семь Оскаров. Необычайная способность глубоко проникать в суть всего, что происходит, истинное милосердие и любовь к миру — отличительные черты этого романа о жизни на плантации кофейных деревьев в Кении, о смерти и любви.Перевод М. Ковалевой.Изд. «Лимбус Пресс», Санкт-Петербург, 1997.

Прощай, Африка! читать онлайн бесплатно

Прощай, Африка! - читать книгу онлайн бесплатно, автор Карен Бликсен
Назад 1 2 3 4 5 ... 73 Вперед

Карен Бликсен

Прощай, Африка!

 ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Каманте и Лулу

Из лесов и с гор, мы идем, мы идем...

Глава первая Ферма в Нгонго

У меня была ферма в Африке, в предгорьях Нгонго. Экватор пересекает эти нагорья миль на сто к северу, а сама ферма расположена на высоте около шести тысяч футов. Днем кажется, что ты забралась очень высоко, близко к солнцу, но ранним утром и вечерами прохладно и тихо, а по ночам холодно.

Расположение местности и высота нагорий создают ландшафт, какого, наверно, нигде больше увидеть нельзя. Земля тут скупая, суровая: Африка непохожа сама на себя, словно ее вознесли на шесть тысяч футов, чтобы подчеркнуть — как меняется на такой высоте ее ландшафт. Краски выжженные, выцветшие, как на старой глиняной посуде. Листва на деревьях мелкая, нежная, да и вся структура крон не походит на то, что мы видим в Европе, они растут не куполами или шатрами, а горизонтальными слоями, и одинокие деревья походят на пальмы или на старинные боевые корабли со взятыми на рифы парусами, а на опушке весь лес как будто пробирает легкая дрожь. На просторах травянистых равнин там и сям растут колючие терновые деревья, а трава пахнет тимьяном и кое-где аромат стоит такой сильный, что даже щекочет в носу. Цветы на равнине и в лесу, на лианах и на плюще, обвивающем деревья, мелкие, как и у подножия гор — и только после долгих дождей в долине расцветают огромные лилии с дурманящим запахом. Широкие просторы открываются взгляду, и эта вольная ширь дышит величием и несравненным благородством.

Жить в этих краях значило дышать легко, как нигде. Вспоминая скитанья по нагорьям Африки, думаешь — нет, никогда мне не дышалось так легко и привольно — словно жила тогда в воздухе, а не на земле. Небо почти всегда было бледно-голубым или бледно-сиреневым — и в вышине всегда плыли, громоздясь, огромные и невесомые, вечно меняющие форму облака, но они не заслоняли небесной синевы, глубокая и яркая тень от которой лежала на ближних лесах и холмах. А в полдень горячий воздух, казалось, шел от огромного костра, жара плыла волнами, переливаясь над землей, и в ней отражались какие-то волшебные тени, двоясь и играя — колоссальные призраки Фата-Морганы. Легко дышалось в этом чистом воздухе, и чувствовалось, что ты крепнешь, набираешься сил, забываешь все заботы. Проснешься утром спозаранку, и первая мысль — «Да, здесь мое место!»

Нагорье Нгонго идет сплошной цепью с севера на юг, и над ним вздымаются синими застывшими волнами четыре величественных вершины. Гора Нгонго на восемь тысяч футов возвышается над уровнем моря, причем к востоку — всего на две тысячи футов; к западу же склоны становятся все круче и почти вертикально обрываются к Большой Рифтовой Долине.

Ветер в горах постоянно дует с северо-северо-востока. Это тот же ветер, который на берегах Африки и Аравии зовут муссоном. Восточный ветер, который любил царь Соломон. Но на этих высотах чувствуешь только сопротивление встречного воздуха, когда Земля идет ему наперекор. Ветер дует прямо на горы Нгонго, и склоны этих гор — идеальное место для пуска планера, поток воздуха подымает его вверх. Облака, подхваченные ветром, задерживаются у отвеса горы или проливаются дождем у вершины. Много раз я глядела из окна своего дома, когда приближалась величественная гряда облаков, и с изумлением следила, как эта великолепная армада, перевалив за холмы) таяла, исчезая в синеве.

Нагорья, открывавшиеся взгляду с нашей фермы, меняли свой облик много раз в день — порой казалось, что до них рукой подать, а иногда они отступали далеко-далеко. По вечерам, когда смеркалось, начинало казаться, что силуэт темной горы очерчен на фоне неба тонкой серебряной линией; а с наступлением темноты четыре ее вершины словно уплощались, сглаживались — будто гора потягивается, расправляет свои отроги, укладываясь на ночь.

С нагорий Нгонго открывается поразительный вид — на юге лежат широкие охотничьи угодья, которые простираются до самого Килиманджаро, к востоку и к северу у их подножья — другие угодья, похожие на парк, а дальше темнеет лес; холмистая резервация Кикуйю тянется до самой горы Кения, которая высится в ста милях от резервации — это целая мозаика маленьких маисовых полей, банановых рощ и травяных пастбищ, и среди них подымаются синие дымки туземных поселков — крошечных, тесно сгрудившихся хижин, похожих на конические кротовые кучки. Но к западу, далеко внизу, лежит пустынная сухая земля, напоминающая поверхность Луны — это африканские равнины. По бурой пустыне кое-где разбросаны деревья, у высыхающих рек широко разросся колючий терновник. Здесь есть и заросли кактусов; это страна жирафов и носорогов.

Добравшись до холмов, понимаешь, какая это необъятная, живописная и таинственная ширь: узкие долины сменяются непроходимыми зарослями, зелеными холмами и скалистыми утесами. А высоко над одной из скал приютилась даже небольшая бамбуковая рощица — я сама разбивала лагерь в этих холмах, у ручья.

В мое время в горах Нгонго водились и буйволы, и антилопы-канны — старики-туземцы даже помнят времена, когда тут водились слоны — и я всегда огорчалась, что все нагорье Нгонго не объявили вовремя заповедником. Только небольшой участок стал заповедным, и лишь на Южной вершине стоит знак. Если колония разрастется и Найроби станет столицей, большим городом, то на холмах Нгонго можно будет создать великолепный заповедник. Но в последние годы моего пребывания в Африке я видела, как многие молодые торговцы из Найроби отправлялись по воскресеньям в горы на мотоциклах и стреляли без разбору, только попадись им на глаза какойнибудь зверь, и, вероятно, уже тогда все крупные дикие животные ушли с этих холмов дальше на юг, через заросли терновника и каменные завалы. На гребне и даже на всех четырех вершинах ходить было легко, трава там короткая, словно подстриженная, как на лужайке у дома, и только кое-где из нее выглядывают серые камни. Вдоль гребня, поднимаясь и снова сбегая с вершины, вьется узкая тропа, протоптанная дикими зверями. Однажды, когда я разбила свой лагерь в горах, я поднялась утром по тропе наверх и нашла там свежие следы и навоз канн. Эти громадные кроткие животные, вероятно, взошли длинной вереницей к вершине на рассвете, и можно было подумать, что они поднялись наверх только ради того, чтобы встретить восход солнца и оглядеть ширь равнин, простиравшихся далеко внизу в обе стороны.

На ферме мы развели кофейную плантацию. Правда, выращивать кофе на такой высоте было нелегко, и большой прибыли эта плантация не принесла. Но возделывать кофе — дело увлекательное, его никак не бросишь, а работы всегда много; вечно что-то не успеваешь сделать.

Среди этой дикой природы участок, обработанный по всем правилам и расположенный в хорошем месте, всегда процветает. Впоследствии, когда я летала над Африкой и вид собственной фермы с самолета стал для меня привычен, я приходила в восхищение от нашей кофейной плантации — она ярко зеленела на тускло-зеленых склонах, и я поняла, как приятно человеку видеть геометрически-четкий рисунок на фоне дикой природы. Вся земля вокруг Найроби, особенно к северу от города, обработана именно так, и люди, живущие там, ни о чем другом говорить не любят — только и рассказывают, как сажают деревца, как делают прививки и собирают урожай, и по ночам им не спится — только и думают, как бы улучшить работу на плантациях.

А выращивать кофе — дело трудное. В молодости, только начав этим заниматься, несешь, бывало, ящики с рассадой, такой свежей, молодой, а на поле тебя уже ждут рабочие, — стоишь и смотришь, как они рассаживают молодые побеги ровными рядами во влажную землю, где им расти и цвести, и ограждают их от солнца густой стеной зеленых ветвей, наломанных в зарослях — молодняк всегда нуждается в защите. Пройдет лет пять или шесть, прежде чем деревца начнут давать плоды, а сколько им придется вытерпеть за эти годы — тут и засухи, и всякие болезни, то вдруг все начнет густо зарастать сорняком, а хуже нет, чем нахальный репейник, вечно цепляющийся за платье, за чулки. Иногда у небрежно высаженных деревьев были подогнуты корни, и они засыхали, только начав цвести. Обычно сажают по шестьсот кустов на акр, а то и больше, а мне надо было засадить шестьсот акров плантации; волы мои таскали культиваторы взад и вперед по участку, между рядами деревьев, и надо было пройти тысячи миль, а потом терпеливо дожидаться, пока этот тяжкий труд не принесет плодов.

Кофейная плантация бывает поразительно хороша. Когда зацветет в начале сезона дождей, она особенно прекрасна — все шестьсот акров словно укрыты белоснежным облаком в тумане или в мелкой измороси. У цветов кофе — тонкий, чуть горьковатый аромат, похожий на запах терновника. Когда уже созрели плоды, и поле кажется красным от зрелых гроздий, на плантацию помогать мужчинам выходят все женщины и малые ребята — их здесь зовут «Тото»; полные корзины на телегах и фургонах отправляют на фабрику у реки. Конечно, наша фабрика была оборудована не совсем так, как надо, но она была построена по нашему собственному плану, чем мы очень гордились. Однажды она сгорела, но мы ее отстроили заново. Большая сушилка для кофе крутилась без остановки, пересыпая в своем железном чреве кофейные зерна, и шум походил на шорох гальки, которую выносит на берег морская волна. Иногда кофе подсыхал быстро, к полуночи, и пора было его пересыпать. Очень живописная картина: в огромном темном складе мелькают лампы-молнии, освещая то паутину по углам, то веселые лица темнокожих, суетящихся вокруг сушилки, и кажется, что наша сушильня в непроницаемой тьме африканской ночи сверкает, как драгоценная серьга в ухе эфиопа. Потом, уже вручную, зерна лущили, раскладывали по сортам и укладывали в мешки, зашивая их толстыми иглами, какими работают шорники.

Назад 1 2 3 4 5 ... 73 Вперед

Карен Бликсен читать все книги автора по порядку

Карен Бликсен - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки Mybrary.Ru.


Прощай, Африка! отзывы

Отзывы читателей о книге Прощай, Африка!, автор: Карен Бликсен. Читайте комментарии и мнения людей о произведении.

Прокомментировать
Подтвердите что вы не робот:*
Подтвердите что вы не робот:*
Все материалы на сайте размещаются его пользователями.
Администратор сайта не несёт ответственности за действия пользователей сайта..
Вы можете направить вашу жалобу на почту my.brary@yandex.ru или заполнить форму обратной связи.