Mybrary.ru

Тед Френд - Битники, которых мы заслужили (о Джеке Куруаке)

Тут можно читать бесплатно Тед Френд - Битники, которых мы заслужили (о Джеке Куруаке). Жанр: Прочее издательство неизвестно, год 2004. Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте mybrary.ru (mybrary) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
Название:
Битники, которых мы заслужили (о Джеке Куруаке)
Автор
Издательство:
неизвестно
ISBN:
нет данных
Год:
неизвестен
Дата добавления:
10 сентябрь 2019
Количество просмотров:
56
Читать онлайн
Тед Френд - Битники, которых мы заслужили (о Джеке Куруаке)

Тед Френд - Битники, которых мы заслужили (о Джеке Куруаке) краткое содержание

Тед Френд - Битники, которых мы заслужили (о Джеке Куруаке) - описание и краткое содержание, автор Тед Френд, читайте бесплатно онлайн на сайте электронной библиотеки Mybrary.Ru

Битники, которых мы заслужили (о Джеке Куруаке) читать онлайн бесплатно

Битники, которых мы заслужили (о Джеке Куруаке) - читать книгу онлайн бесплатно, автор Тед Френд

Ништяк. Но Битники нам нужны еще круче. чем они были на самом деле. Нам не хочется слышать, что большую часть своей взрослой жизни Керуак прожил со своей мамой, Мемер, позволял навещавшим его друзьям спать вместе в гостевой комнате, только если те были женаты, и поливал грязью хиппи. Или что "Джек ненавидел бы Клинтона и Хиллари," как отмечает его биограф Энн Чартерс, "поскольку ему не нравились женщины на позициях власти, и он поддерживал войну во Вьетнаме. Он, возможно. посчитал бы Ньюта Гингрича интересным парнем." То послание Президенту Эйзенхауэру, что Керуак по пьяни помог сочинить в середине 50-х годов: "Дорогой Эйзенхауэр, мы тебя любим - Ты клевый белый папик. Нам хочется тебя выебать," - демонстративно зло, детско, фаллократично и так далее. И вызывает восхищение. Так что же это был за бунт? И куда он нас завел?

Аллен Гинзберг вспоминает, как он впервые услышал словечко "бит": его где-то подхватил в 1948 году Джек Керуак, и означало оно "битый, изможденный, на дне мира... отвергнутый обществом, сам по себе, на улице". Свободное содружество людей в Нью-Йорке и Сан-Франциско в 1950-х и начале 1960-х годов, Битники героизировали спонтанность; Дзэн; марихуану, пейоту, джин и кофе; дикие путешествия на машинах; жизнь низов; безжалостную честность в превращении частных чувств в общественное искусство; и детский восторг перед мохнатыми словесными шутками, вроде "орехово-масляных тараканов" и "жареных башмаков". (Попробуйте сами: тенистый сок... мрачное яйцо... летальный мармелад. Вроде весело.) Бит был построен на заимствованных ритмах, долгих витиеватых фразах без перерыва на вдох и цветистом и чрезмерном стиле жизни таких музыкантов бибопа. как Чарли Паркер и Диззи Гиллеспи. (Как и Элвис, Битники сделали музыку черных основой для новой - и сильно разбавленной, хотя это спорно - эстетики.) В первую очередь литературное движение, Бит впоследствии вобрал в себя иные новые формы выражения: ассамбляж, хэппенинги и независимое кино. Битники искали такой Америки, которая была бы далека от Америки Джозефа МакКарти, белых носочков и "Левиттауна". Этот расхристанный поиск ужасал обывательское основное течение: даже Плэйбой демонизировал Битников как "нигилистов сегодняшнего дня, для которых, совершенно очевидно, достаточно просто плыть по течению и все отрицать". Средства массовой коммуникации также дистиллировали привлекательность Бита, утрируя битницкие стереотипы, вроде нечленораздельного бормотанья, хлопанья по бонгам, бородок, окаймляющих подбородки и прочих раскладов, что были эпитомизованы Мэйнардом Дж.Кребсом в телепостановке Доби Гиллис. К 1959 году уже можно было арендовать "битника" для своей вечеринки, а Джонни Карсон и другие комики вскоре уже отпускали шуточки о "кошаках" и "цыпочках", делящих "хату", курящих "траву" и "посылающих" всех "квадратов". От этого самозванца в свитере под горлышко отвязаться очень трудно. Художник Джек Пирсон утверждает: "Больше, чем сами Битники, мне нравится все это представление о них, которое можно увидеть в Шоу Люси, когда Люси и Вивиан идут в клуб битников и пытаются проканать под хиповых чувих." Однако маннеризмы Бита, лишенные битницкого духа, не являются Битом. Сравните легендарную поэму Аллена Гинзберга "Вой", написанную в 1955 году:

Я видел как лучшие умы моего поколения, уничтоженные безумием, голодающие, истерические, нагие, тащили себя сквозь негритянские улицы в поисках злого палева...

с песней группы 10,000 Маньяков "Эй, Джек Керуак" 1987 года:

в Гарлеме четкие заширенные безумцы, уличные девчонки воют в ночи...

А также сходите посмотрите на развал слабо битницких афишек на Мэдисон-Авеню, рекламирующих капуччино Каппио, джинсы Пепе, закусочные Уэнди и Макдоналдса

("Разворачиваю Плохого парня Уууух... О радость Сэндвича с Яйцом МакМаффин Мики Д.")

Даже подлинные пороки Битников зачастую передаются в изолированной и преувеличенной форме. Корни Бита заметны в тусклых, выжженных скитаниях, запротоколированных Ларри Кларком в фотоальбомах Подростковая Похоть и Талса, а также в его фильме Детки; в трепливых признаниях таких разговорных шоу, как Дженни Джоунз и Рики Лэйк; в нью-эйджевых стенаниях Ширли МакЛэйн; и в гордости гомосексуалистов - Берроуз и Гинзберг были пионерами этого дела, вышедшими из чулана. Джойс Джонсон отмечает, что Битники обладали такой способностью к протейскому стилю, "поскольку именно женщины [в их жизни] работали и вели хозяйство". Однако мыслительница-феминистка Барбара Эренрейх предполагает, что Битники, сами того не ведая, подхлестнули рост женского движения, развенчивая как семейные ценноссти, так и блистательность покупки нового холодильника. Она пишет, что "две ветви их антимужского протеста - одна, направленная против беловоротничкового мира наемных работников, а другая против субурбанизированной пригородной семейной жизни, которую эта наемная работа якобы должна была поддерживать, - сходятся вместе в первой всеобъемлющей критике американской потребительской культуры". Бит интерпретируется настолько легко потому, что находится внутри: он состояние сознания. В отличие от мода, панка или диско, он не вызывает в памяти никаких физических объектов, а наша культура воспринимает все визуально (мы поверим, что по-настоящему узнали Битников, как только кино Копполы выйдет на экраны). "Мы берем неощутимые идеи Битников и пытаемся создать ощутимые товары в их духе, только и всего," - объясняет дизайнер интерьеров Джеффри Билхьюбер, чьи работы напоминают холостяцкие квартиры эпохи раннего Джеймса Бонда. "Их поток сознания и простота," - заключает он, - "похожи на нашу последовательную точку зрения от вестибюля до чердака." Что ж, возможно. Широчайший спектр интерпретаций Бита пронизывает искусства, причем поп-музыку, возможно, - сильнее всего. Боб Дилан признает, что очень многим обязан Керуаку и Гинзбергу, как в своем галлюцинаторном языке, так и в нежелании повторять дубли при записи. Клавишник Рэй Манзарек говорит, что Дорз никогда не сформировались бы, если бы не Керуак. Курт Кобэйн выпустил компакт-диск с Уильямом Берроузом, перед которым также преклонялись панки (Патти Смит ставила его "наверх, рядом с Папой Римским"), Дэйвид Боуи и, разумеется, Стили Дэн (чье название - Стальной Дэн - взято из романа Нагой Обед, где так назывался искусственный член). Фотография голливудского битника Денниса Хоппера "Разбитое окно автомобиля", 1961.

"Битники повлияли на нас очень сильно в смысле радости манипулирования языком," - говорит гитарист Соник Ют Ли Ранальдо. - "А также в использовании нашей собственной жизни в качестве предмета изображения и в нашем лишенном иллюзий взгляде на современную жизнь." А культ Грэйтфул Дэд с из оттяжным, обдолбанным этосом типа играем-одну-и-ту-же-песню-одинаково-дважды-поэтому-пишите-сами-если-хотите - чистый Бит, очень прочно лежащий в основном русле традиции, как показало массовое пролитие слез прессой по поводу смерти Джерри Гарсиа. Работа таких битовых кинематографистов, как Брюс Коннер, Кеннет Энгер и Стэн Брэкхэйдж, теперь кажется странно и жутко знакомой. Если вы поставите на ускоренную перемотку, скажем, Восход Скорпиона Энгера (череп, мужчина, застегивающий ремень на джинсах, окурки, примятые в пепельнице, мотоциклы, фотографии Джеймса Дина), то увидите внезапно, чему этот фильм дал восход на самом деле: целому стилю нелинейного, имажистского монтажа всего МТВ и Оливера Стоуна. (Весьма символично, что Хэнк Корвин, который участвовал в монтаже Джей-Эф-Кей и Прирожденных Убийц Оливера Стоуна, редактирует CD-ROM "Опыт Бита".) Более того, как недавно отметил писатель Рик Вудворд, "Настройтесь на любой прекрасно тусклый, крупнозернистый видеоклип МТВ с низким разрешением, и скорее всего вы увидите битнического фотографа и кинематографиста Роберта Фрэнка в рефракции". МТВ попыталось нажить капитал на явлении необитницкого изреченного слова несколькими специальными выпусками и регулярным сериалом Слова В Бою, а также предоставлением обширного эфирного времени бит-рэпперам Дигэбл Плэнетс. А действие Нагого Кафе телеканала Ви-Эйч-1происходит в кофейне лос-анжелесского стиля и один из персонажей там - говорящая кофейная чашка. Обе эти сети попали мимо кассы: каждую минуту, когда они транслируют эти передачи, они коммерциализуют стиль Бита.

Кажущаяся хаотичная спонтанность Роберта Олтмана тоже многим обязана Биту, равно как и черно-белые медитации Джима Джармуша (Страннее Рая, По Закону), и ловкий неаффектированный фильм Ричарда Линклэйтера Лодырь. А каждое дорожное кино, от ярких и наглядных (Тельма и Луиза, Что-то Дикое) до инертных (Калифорния), рабски следуют пикареску На Дороге - кальке двоих на шоссе. "Берроуз - один из кирпичей моего письма," - говорит автор сценария и режиссер Гас Ван Зант. - "Когда я располосовал три законченных сценария и совместил их у себя в компьютере, чтобы сделать Мой Личный Частный Айдахо, - это именно то, что сделал бы он. Это какая-то магия: это как кидать главы в урну, а затем наобум вытаскивать их одну за другой. Этот метод позволяет вселенной диктовать тебе, а не твоему собственному думающему разуму." Искренние, общинные идеалы Бита проникли даже в неискренний одинокий мир комедии. "Мы приглашаем комиков не давать свои представления," - говорит основатель сериала Горячая Чашка Болтовни Кэти Гриффин в лос-анжелесском Театре Граундлинг. В сущности, там происходит вечер рассказывания баек, записанных на манжетах. "Квентин Тарантино говорил о своем страхе перед крысами и том, как его любят женщины, я рассказывала о своем свидании с Квентином и том, как его любят женщины, а Джейнэйн Гарофало просто много выпендирвалась. Мы полагаемся на изустную молву и за вход берем только три доллара, что представляется очень по-битницки. Когда кто-то пытается вставить шутку из своего представления, наступает тишина - публика ждет чего-нибудь свеженького. Чего-то от этого данного момента." В литературе, как это ни странно, последователей Бита найти сложно. Музей Уитни определяет, например, Пола Битти как "молодого поэта, сформировавшегося под влиянием бит-культуры." Сам же Битти заявляет: "Движение на меня не влияло." Поэт Воробей так же осторожен. "Я трудился, чтобы бунтовать," говорит он. - "Меня интересуют ясность и четкость, а не их бредящий стиль. Но все эти редакторы говорят мне, что я слишком битов. Может, они и правы; тогда я, наверное, битник третьего поколения. Это ужасная доля." Современным поэтам, утверждает ООНевыносимый Рон Колм, нужно "очистить чрезмерно слюнявое психическое пространство Битников, чуть-чуть прикончить папочку" - как это сделали сами Битники, махнув литературный модернизм на джаз. Писатели также начинают нервничать, когда из их арсенала убирается ирония. "Этот журнал должен был способствовать вынянчиванию нового битницкого ощущения общности," - говорит Дэниэл Пинчбек, со-основатель литературно-художественного журнала Открытый Город (и сын битовой Джойс Джонсон). "Однако кажется, что молодым писателям удобнее всего рассказывать анекдоты вместо того, чтобы сидеть всю ночь напролет и творить спонтанную поэзию. Они слишком хорошо осознают свое место в рыночном механизме для того, чтобы искать духовные ценности. Поэтому иногда мне просто хочется все бросить." "Поэты, работающие сейчас, не поднимаются до стиля жизни Битников и не вдохновляются им," - соглашается Боб Холман, владелец поэтического кафе "Ну_рикан". - "Они хотят быть в центре, в телевизоре, печатать свои книги, как и все остальные." Тем не менее, сами Битники, фактически, часто стремились к тому, чтобы быть в центре внимания. То, что Берроуз сейчас появляется в рекламных роликах фирмы Найки, что Гинзберг не так давно продал свои архивы (включая обрезки бороды и пару старых теннисных тапочек) Университету Стэнфорд приблизительно за 1 миллион долларов, или то, что Керуак толокся на литературных конференциях, жадный до признания, не должно удивлять нас. Битники были первым движением, использовавшим средства массовой информации для формирования собственного имиджа, мифологизации самих себя как поколенческой фаланги (Керуак хотел изменить название На Дороге на Поколение Рок-энд-Ролла, а фильм Роберта Фрэнка Сорви Мою Маргаритку должен был называться Бит-Поколение). Джон Клеллон Холмс, написавший первый битницкий роман Марш! в 1952 году, позднее размышлял о том, что все они заблуждались, так яростно пережигая свою собственную легенду. "Вероятно, все, что останется... это сыпь испаряющихся анекдотов, да несколько серьезных работ, что были все-таки произведены на свет," писал он. - "Мы заплатили за дерзость окрестить себя "поколением"." И несмотря на то, что Битники были нескованы, анархичными они никогда не были. "То был националистический, патриотический бунт," - утверждает Питер Шьельдаль, художественный критик, до сих пор считающий себя Битником. "Сейчас настало время реакции против праведных либеральных ценностей 60-х годов - совсем так же, как Битники противостояли одобренным ценностям рузвельтовских либералов. Они были голосом свободного гражданина, доказывающего, что он свободен. Гек Финн был самым первым Битником." К слову, Маленький Мятеж: Томас Джефферсон композитора-битника Дэйвида Амрама, открывшаяся в октябре в Кеннеди-Центре, заканчивается отрывком из романа На Дороге, который читает Э.Дж.Маршалл. Томас Джефферсон и Джек Керуак: два великих патриота. Взгляд на Битников в таком контексте облагораживает их. Они стремились призвать Америку к ее корням, к самой себе. Осколки влияния Бита - повсюду, и это счастливое обстоятельство. Как отмечает культурный критик Дэйв Хики, воодушевляет то, что сейчас апатию сменила скука: скука, по крайней мере, это желание желания. Но все, кто попытается подражать стилю жизни Битников, опоздал на много десятилетий и обречен на невольные пародии: бунт, повторенный дважды, отвратителен сам по себе. Курить траву в наши дни - поступок скорее будущего кандидата на пост президента, чем изгоя. В самом деле, если мы ищем современного последователя действительных Битников - то есть, консервативно настроенного патриота, бросающего вызов ортодоксиям сегодняшнего дня, сеящего тревогу среди либералов, по-детски непосредственного, спонтанного, неспособного оставаться надолго с одной женщиной, смешного, опьяненного словами актера и проницательного пропагандиста самого себя, - то кандидатура, наиболее полно отвечающая всем этим требованиям, наглядно показывает, насколько изменились времена. Раш Лимбо - вот Битник, которого мы заслуживаем.


Тед Френд читать все книги автора по порядку

Тед Френд - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки Mybrary.Ru.


Битники, которых мы заслужили (о Джеке Куруаке) отзывы

Отзывы читателей о книге Битники, которых мы заслужили (о Джеке Куруаке), автор: Тед Френд. Читайте комментарии и мнения людей о произведении.

Прокомментировать
Подтвердите что вы не робот:*
Подтвердите что вы не робот:*
Все материалы на сайте размещаются его пользователями.
Администратор сайта не несёт ответственности за действия пользователей сайта..
Вы можете направить вашу жалобу на почту my.brary@yandex.ru или заполнить форму обратной связи.
×
×